2° ... 2°, ветер 1 м/с
63.75
70.53
Как я стал… спасителем
Журналист
Журналист
Геннадий Люкакин

Говорят, что мы живем в равнодушном мире. А я считаю, что доброты и милосердия в людях больше. Практически все мои близкие знакомые могут рассказать историю, как они так или иначе спасли чью-то жизнь.

11.jpg

Правда, не всегда это конвертируется в добро и благодарность. Помните, в Кондоле был пожар в общежитии, а потом погорельцев поселили в пустующий детский сад? За два года все сумели справить новоселье, и только мать-одиночка Наташа остается в казенных стенах. А ведь именно она совершила геройский поступок — спасла из огня 90-летнюю соседку…

Но не будем о грустном. Будем о хорошем. О золотых людях, которые живут рядом с нами. И это три личных истории…

Ольга, 78 лет.


Сегодня в Пензе есть школа приемных родителей, где вам дадут кучу советов по воспитанию. Ребенка даже можно взять в свою семью на каникулы — попробовать пожить вместе.

А при советской власти ничего такого не было. И вообще детей из детских домов не брали. Это считалось ненормальным. Вот и мне знакомые говорили, не стесняясь, что я спятила.  Решение о ребенке я приняла под влиянием минуты. Оказавшись в Городище, пришла к директору детского дома, и все ему про себя рассказала. Что с мужем развелась, а единственный малыш родился мертвым… Поскольку я педагог, учу детей правильному, хочу противостоять плану Аллена Даллеса по моральному разложению советских людей, кто, как ни я, спасет какого-нибудь несчастного сироту.

И директор, не шевельнув бровью, позвал в кабинет 11-летнего мальчика. Почему именно его, не знаю до сих пор. А я в первую же секунду встречи объявила, что он теперь мой сын.

По словам директора, родная мать оставила мальчика на автобусной остановке, когда тот был совсем маленьким, велела ее дожидаться. И он прождал больше суток, без воды, без еды, пока люди не позвонили в милицию. Мне казалось, что с первой минуты все у нас будет хорошо…Мою поразительную наивность сегодня можно объяснить только тем, что в советское время ни о чем подобном не говорилось.

Сколько я вытерпела — словами не передать!  Сейчас у моего сорокалетнего сына совсем нет зубов. Он не работает. В разводе. Периодически запивает. Мою квартиру пришлось разменять, и я оказалась в общежитии. Кормлю и одеваю взрослого мужика со своей пенсии. Правда, он помогает на даче — копает землю, ухаживает за грядками…

Мне всегда было больно и стыдно, что я не сумела вырастить сына успешным человеком.  Одна из моих учениц тоже взяла мальчика на воспитание, но через пару лет вернула. Она чуть ли не силой заставляла меня последовать ее примеру…Но я продолжала мучиться.

Как-то раз мы с сыном разговорились. Он сказал: «Из всех друзей по детскому дому, о ком я знаю, в живых нет никого: спились, покончили с собой, сгинули на зоне. Я единственный выжил…Спасибо, мама!».

Эти слова меня перевернули... Поэтому я продолжаю работать над собой — искать способы воздействия на сына любовью…Даже боюсь произносить это вслух, чтобы не сглазить, но вот уже год, как мой ребенок не пьет…

Рудольф, 50 лет


Я — медик, спасаю людей в силу профессии, но этот случай произошел не на службе, а, наоборот, в отпуске.  В 2016 году мы с коллегой летели из Коломбо в Москву. Коломбо — административная столица Шри-Ланки. У Дубае (ОАЭ) у нас была дозаправка.

Из-за раннего вылета и бессонной ночи перед тем на чемоданах, в самолете мы заснули.  И вот, переворачиваюсь на другой бок, приоткрываю глаза и замечаю какую-то возню впереди. Что такое? Человеку, отвечают, плохо с сердцем, ищут, нет ли среди пассажиров врача.

Пошли посмотреть. Действительно, мужчина под 60 — без сознания, бледный, как полотно. С помощью авиационной аптечки померили ему сахар, сделали ЭКГ, поставили капельницу. Через владеющих английским объяснили экипажу — реальная угроза жизни, надо срочно садиться на землю.

Какая земля, отвечают, под нами Индийский океан, а до Дубая — два часа лету!

— А вернуться в Коломбо? Может, есть другие аэропорты, до которых ближе?

Да, есть, в Мумбае (Индия), но экономия времени составит от силы пятнадцать минут. То же самое, если назад в Коломбо. К сожалению, любой из вариантов потребует дополнительных расходов на топливо, а какое для пассажиров неудобство! Но, конечно, если вы настаиваете… Ладно, говорю, летим в Дубай.

И два часа мы кукуем возле мужчины, следим за его состоянием.  В Эмиратах нас уже ждали врачи, они поднялись в салон. Мужчине к тому времени полегчало, и когда ему предложили госпитализацию, он упросил не оставлять его в незнакомой стране, а «тянуть» до Москвы.

И еще примерно часов пять мы с коллегой не могли расслабиться.  В Москве, перед тем как перейти в «скорую помощь», мужчина, он, кстати, оказался крупным столичным чиновником, попросил у меня номер сотового. Я, конечно, дал, но он, конечно, не позвонил.

А экипаж попросил нас заполнить бумаги — для награды от авиакомпании.  И вот два месяца мы с коллегой гадали, что же нас ждет? Может быть, премия — за сэкономленное топливо? Или пожизненные скидки при оплате авиабилетов?

Наконец пришло…благодарственное письмо.  Теперь оно висит у меня дома на стене. И вот какая забавная штука получилась. В Пензе я проработал много лет, все шло достаточно неплохо, но грамоты меня как-то миновали. Я не в претензии, просто констатирую, что единственная благодарность за профессионализм — от представителей другого государства. И на английском языке.

Наталья, 40 лет


Историю Рульки знают все, кто у нас заправляется.  Как она вообще появилась на АЗС, не скажу, я тогда не работала. Для нее соорудили будку, но бегала она свободно.

Однажды ночью, я как раз дежурила, мимо шли ребята с бульдогом. Никаких звуков мы не слышали, но наутро Рулька пропала.

Звали — не появилась. Обеспокоенные, мы стали ее искать.  В каких-то кустах нашли. Видимо, бульдог тащил Рульку из будки за переднюю лапу — она была вся переломана. Собака тяжело дышала и вот-вот могла умереть.

Директор ее пожалел. Привез на своей машине ветеринара из центра Пензы на нашу окраину. И поскольку дела были совсем плохи, директор разрешил такое, о чем до сих пор нельзя говорить — прямо в здании автозаправки, на столе, усыпленной Рульке полностью ампутировали лапу.

Потом несколько недель девочки-операторы кололи антибиотики — против заражения крови. Ну и, конечно, всей заправкой Рульку кормили вкусным, чтобы быстрее поправлялась.

С тех пор Рулька скачет на трех лапах. К старости она совсем растолстела, обленилась, лежит где-нибудь в тенечке, наблюдает за происходящим.

Поскольку она шерстяная, к лету ее всегда стригут под ноль — директор привозит и оплачивает мастера. После этого Рулька становится похожа на колбасу.

А еще она достаточно своенравна — ей почему-то не нравятся водители в камуфляжной одежде, она всегда их облаивает.
Источник фото: https://piter.tv/event/Vrachi_iz_Peterburga_prishli_na_pomosch_bol_noj_zhenschine_v_samolete/

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи