Расскажем о бизнесе разработка
«Свидание с авторской песней». «Тает жёлтый воск свечи…»
Борис Шигин
Борис Шигин

Не раз и не два в моих программах звучали песни Владимира Качана — известного московского актёра, сегодня — народного артиста России. Импозантная внешность, красивый голос, популярность среди московской публики… И вот Владимир Качан стоит на сцене ДК «Заря». Чудо!

Но это ещё не всё: дело в том, что с собой в Пензу Владимир привёз ещё два имени двух интересных и любимых поэтов — Александра Пушкина и Леонида Филатова. Конечно, в виде стихов и рассказов о них! Кто-то сейчас возмутится: как можно ставить на одну доску Пушкина и Филатова? Представьте себе, можно. Поэт — это человек, чьё творчество владеет умами современников. Филатов вполне в 80-е укладывался в эту схему. Но начну, всё-таки «по старшинству», с Пушкина. И с того, почему тема Пушкина в творчестве актёра и автора песен Владимира Качана так привлекла меня тогда.

Стоит ли говорить о том, что Пушкина все мы любим с детства. Любим по-разному. Однако как филолог могу сказать о своих преимуществах: специальный семинар моего учителя, профессора Кирилла Дмитриевича Вишневского так много знаний, тонкостей, литературного анализа привнёс в эту мою почти слепую сначала любовь, что я стал смотреть на поэта совсем другими глазами, по-другому любить его поэзию. Огромную роль сыграл в этой любви и такой случай. В молодости мне посчастливилось купить полное собрание сочинений поэта.

В 70-е такие книги свободно на полках книжных магазинов не стояли. А тут один пьющий парень, сын высокопоставленных родителей, потихоньку распродавал отцовскую библиотеку. Сначала я покупать собрание сочинений Пушкина отказывался: преступление — ведь дом останется без Пушкина! Но приятель убедил меня в том, что в доме есть ещё одно издание, и я взял грех на душу. За полное академическое собрание сочинений 1950-ого года я выложил тридцатку, в то время деньги не малые. Как филолог я понимал, что в академическом собрании будут сноски, варианты, комментарии и, главное, письма Пушкина!

Вот эти письма, и частенько письма Пушкина-ровесника я и стал читать запоем. Именно они открыли мне Пушкина другого. А следом за ними и книги Вересаева, Благого, Бурова, Новикова, Эйдельмана… Одним словом, всю жизнь я читаю Пушкина и изучаю его жизнь и творчество. И тут приезжает Владимир Качан, который тоже в плену гения русской словесности. Почти брат! Старший.

Владимир Качан родился 18 мая 1947 года в Ворошилове (ныне Уссурийск), живёт в Москве. Учился в Рижской школе вместе с Михаилом Задорновым, а в театральном училище вместе с Ниной Руслановой и Александром Кайдановским. Более того, жил в одной комнате в общежитии с Борисом Галкиным и Леонидом Филатовым! Вот скажите, может человек с такими (нет, не связями), а друзьями не состояться как личность?

Сразу вспоминаются рассказы Владимира Высоцкого о посиделках на кухне в Большом Каретном переулке вместе с Василием Шукшиным и Андреем Тарковским. Нет, ребята, общение – это всё! Это и мозговой штурм, и суровая критика товарищей, и совместное творчество! Именно в те годы и появились первые песни Владимира Качана на стихи Леонида Филатова: «Ленка», «Дневник прапорщика Смирнова», «Оранжевый кот».

Am                     Dm           E7

У окна стою я, как у холста,

                           Am

Ах, какая за окном красота!

        Am                  Dm

Будто кто-то перепутал цвета,

G7                               C   A7

и Дзержинку, и Манеж.

                                         Dm           G7

Над Москвой встаёт зелёный восход,     

       G7/F             C              Am        

по мосту идёт оранжевый кот,           

     Am/C               Dm        E7          

и лоточник у метро продаёт             

        E7/H              Am                    

апельсины цвета беж.                     2 раза

 

Вот троллейбуса мерцает окно,

пассажиры - как цветное кино.

Мне, товарищи, ужасно смешно

наблюдать в окошко мир.

Этот негр из далекой страны            

так стесняется своей белизны,          

и рубают рядом с ним пацаны            

фиолетовый пломбир.                      2 раза

 

И качает головой постовой,

он сегодня огорошен Москвой,

ни черта он не поймет, сам не свой,

словно рыба на мели.

Я по улице бегу, хохочу,               

мне любые чудеса по плечу,             

фонари свисают - ешь не хочу,           

как бананы в Сомали.                     2 раза

 

У окна стою я, как у холста,

ах, какая за окном красота!

Будто кто-то перепутал цвета,

и Дзержинку, и Манеж.

Над Москвой встаёт зелёный восход,      

по мосту идет оранжевый кот,           

и лоточник у метро продает             

апельсины цвета беж.                     

Апельсины цвета беж.

Апельсины цвета беж.

Обожаю эту песню. Но вернёмся к Пушкину. Вот отрывок из прозы Качана.

«И вот все такие ощущения от поэзии, весь этот набор чувств, сконцентрировались для нас в сверхплотной звезде под названием «Пушкин». Мы даже сделали самостоятельный спектакль по стихам, письмам, отзывам современников. Стасик Холмогоров читал пушкинские стихи, которые заканчивались словами: «И огнь поэзии погас!»  Его учили, что слово «поэзия» надо произносить через  «о» Не пАэзия, а пОэзия . Стасик так старался, что перестарался . Получилось, как с «Лукумбой». Он правильно произнес: «поэзии», через «о» , а потом, ставя жирную точку, сказал: «пОгас »

«И был ещё дипломный спектакль «Последние дни» по пьесе Булгакова. Пушкина там на сцене нет, а есть его друзья; и есть Бенкендорф, Дубельт и другие — не друзья. Леня Филатов играл там стукача, который по заданию Третьего отделения следит за Пушкиным. Трогательно до невозможности, потому что Лёнин стукач к Пушкину привязался всем сердцем и относился к нему уже не как к объекту слежки, а как к родному. Горевал, когда Пушкина ранили, и был каким–то потерянным: вот, мол, Александр Сергеевич умрет, а мне теперь чем заниматься, как жить?»

Так трогательно, правда? Забавно и трогательно! Кто после этого посмеет усомниться в том, что Пушкин — «наше всё»?! Ведь это он выучил и воспитал и Качана, и Филатова, и Окуджаву, и многих, многих других талантливых людей! И вот один из них стоит на пензенской сцене и поёт о нём песни, и рассказывает о нём, и сообщает о том, что пишет пьесу о Пушкине! И так весь концерт, и весь вечер в ДК «Заря», и всю ночь в квартире заместителя директора Дворца культуры Анатолия Шагурова. А утром…

Не удержусь и нарисую картинку утреннего похмелья, уж больно врезался мне в память театрально исполненный монолог актёра, который с вечера несколько перебрал: «Нет, так жить нельзя. Так жить нельзя»… Наливает рюмку води, повторяя при этом: «нельзя, нельзя, нельзя…» Выпивает рюмку водки и на лице появляется полуулыбка: «А что? Можно… можно…». Наливает вторую рюмку, выпивает и уже громким и красивым голосом: «Нет, так жить можно. Можно! Можно!!!»

Не раз по молодости лет приходилось мне оказываться в подобной ситуации, но так театрально, конечно, я повторить этот мини-спектакль никогда не мог! А Качан мог, потому что в нём уже просыпался народный артист!

 А ещё он не уставал собирать о Пушкине всё, даже вот такие курьёзы.

 «По нижегородскому ТВ подхватывают мысль, что гений Пушкина родился именно здесь, неподалеку. А в этом «неподалеку», в самом Болдине, в магазине, где продают спиртное, я наблюдаю апофеоз всего происходящего. Что там уже есть водка «Болдино», водка и вино «Болдинская осень»  — это понятно, странно даже, если бы не было. Но продается еще одна водка. На этикетке молоденький такой Пушкин с кукольным личиком.

Он за столом с женщиной в платке, завязанном по-деревенски, она к нам спиной. На столе опять же бутылка. А название у новой водки такое: «Арина Родионовна рекомендует». Не хотите — не пейте, конечно, но она рекомендует. Как бы вам не пожалеть потом! В общем, Пушкина двести... и пива».

Стоит ли говорить, что в течение многих лет я вспоминал о нашей встрече в Пензе, а песни Владимира Качана звучали по радио. На стихи Леонида Филатова, Алексея Дидурова, Юрия Ряшенцева.

Лёгкой дружбой, веселой любовью

бескорыстную искренность вдовью

оскорбит ли мужик гулевой?

Кто нам это предскажет заранее,

али зря два столетья цыгане

Били в бубен не в таборном стане,

а над нашею над головой.

 

А поверить и бубну, и шали, -

так мороз – не судья на пожаре...

Будьте счастливы, двое, хоть миг.

Часто в жизни – и пёстрой, и сложной

Нет надежней любви безнадежной,

и взаимной любви, и не ложной,

да не долгой, как радостный вскрик.

 

Нет, случайность и краткость союза

Не считала бесчестьем ни Муза,

ни молва, - ни в пример болтовне...

И зазноба – подружка Аманта,

это право на кровь дуэлянта.

От любви и хорошего вкуса -

ничего не прощалось шпане.

Слава Богу, друг друга не колем,

но когда перед смертным покоем

жизнь завертится, как наяву,

вспомним, братцы, весёлых, печальных –

встречных ангелов нет, не случайных...

А тогда уж – по коням, по коням,

и – айда, и, айда – в синеву...

Талант Владимира Качана, его искренняя и какая-то мальчишеская, безрассудная любовь к Пушкину потрясла меня на всю жизнь. Прошло много лет, но не оставляют равнодушным и его слова о Пушкинской поэзии, о песнях, написанных с Лёней Филатовым, о тайнах творчества:

«Так или иначе, гениальная и просто хорошая поэзия действительно рождает острое желание попробовать самому что–то этакое сделать, ну попытаться хотя бы, чтобы потом воскликнуть, как Пушкин над “Борисом Годуновым»: «Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!» — только про себя . Хочется, чтобы вот так, как у него: “И руки тянутся к перу, перо — к бумаге, минута — и стихи свободно потекут ”. И действительно, в такие моменты у Филатова руки тянутся к перу, у меня — к гитаре, и рождаются песни. Над ними нельзя, конечно, воскликнуть: «Ай да мы, сукины сыны! «Но хотя бы «Щукины сыны» — уже можно».

Поясню: друзья и соавторы учились в театральном училище имени Щукина, поэтому и «щукины сыны».

Позже, и скорее всего, не без влияния Владимира Качана я напишу стихи и песни о Пушкине, но пока стою за кулисами ДК «Заря» и слушаю одну из лучших песен о поэте.

ПУШКИН

Музыка Владимира Качана.
Стихи Леонида Филатова.

Am                            Dm

Тает жёлтый воск свечи,

  G                                        C

Стынет крепкий чай в стакане,

  A7                              Dm

Где-то там, в седой ночи

H7                       E7

Едут пьяные цыгане.

Am                                 Dm

 

Полно, слышишь этот смех?

G                      C                 A7

Полно, что ты, в самом деле?!

Dm                  Am

Самый белый в мире снег

E7                  Am

Выпал в день твоей дуэли.

Знаешь, где-то там вдали,

В светлом серпантинном зале

Молча встала Натали

С удивлёнными глазами.

В этой пляшущей толпе,

В центре праздничного зала,

Будто свечка по тебе

Эта женщина стояла.

Встала и, белым-бела,

Разом руки уронила.

Значит, всё-таки, была,

Значит, всё-таки, любила!

Друг мой, вот вам старый плед!

Друг мой, вот вам чаша с пуншем!

Пушкин, Вам за тридцать лет,

Вы совсем мальчишка, Пушкин!

Тает жёлтый воск свечи,

Стынет крепкий чай в стакане,

Где-то там, в седой ночи,

Едут пьяные цыгане...

Всем нам хорошо известно, ставшее уже крылатым выражение: «как наше слово отзовётся». А я бы добавил: как наши встречи отзовутся? Как они могут повлиять на судьбу человека? И я не преувеличиваю, потому что знаю: встречи с прекрасными поэтами, композиторами, музыкантами, артистами очень изменили когда-то мою жизнь. О них с благодарностью и вспоминаю сегодня.

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи