Расскажем о бизнесе разработка
«Прислушайся: истина рядом поёт»
Борис Шигин
Борис Шигин

Все и всегда ищут истину. Иногда она долго прячется от нас. Но, в результате, всегда выходит к людям, кого-то радуя, кого-то огорчая… Но разве можно на неё обижаться – ведь она – истина!

Когда я только прикоснулся к авторской песне как явлению, я даже представить себе не мог, что есть кто-то другой, кроме Булата Окуджавы, который и начал это дело, и написал первые авторский песни. С него всё началось, не иначе! Наверное, так думал я потому, что «переворот» в пользу авторской песни совершили Татьяна и Сергей Никитины, которые с магнитофонной ленты пролили на меня этот поток поэзии под названием «песни Булата Окуджавы». Уже позже выяснилось, что раньше песен Окуджавы появились песни Когана и Лепского, Визбора, Якушевой, Кима.  А я ещё позже – потрясение: сам Булат Окуджава называет родоначальником жанра… Михаила Анчарова! Сам Окуджава отдаёт пальму первенства Михаилу Анчарову! Вот это да!

Оказывается именно у Анчарова рассмотрел Окуджава главные принципы поэтической песни: первичность слова (в отличии от песни эстрадной), уход от развлекательности, индивидуальность авторской интонации, скупость инструментального сопровождения. И, пожалуй, главное (наряду с авторской интонацией): творчество не зависимое от внешнего успеха! Разве может эстрадный певец состояться без успеха, без аплодисментов, без популярности?

Думаю, что сделать такие выводы Окуджаве помогла песня Михаила Анчарова об органисте. Полное название её такое: «Песня об органисте, который в концерте Аллы Соленковой заполнял паузы, пока певица отдыхала». Длинная песня. Но её надо знать, для того, чтобы понять суть авторской песни. Понять, почему Булат Окуджава называл родоначальником жанра именно Михаила Анчарова.

Hm

Рост у меня

    Em6             A

Не больше валенка:

Все глядят на меня

  D

Вниз.

 

    Em6

    И органист я

    Hm

    Тоже маленький.

        C#7

    Но всё-таки я

         F#7

    Органист!

Я шёл к органу, скрипя половицей,

Свой маленький рост кляня.

Все пришли слушать певицу,

И никто не хотел - меня.

 

Я подумал: мы в пахаре чтим целину,

В воине - страх врагам,

Дипломат свою представляет страну,

Я представляю Орган!

 

Я пришёл и сел, и без тени страха,

Как молния, ясен и быстр,

Я нацелился в зал токкатою Баха

И нажал басовый регистр.

 

О, только музыкой - не словами -

Всколыхнулась земная твердь.

Звуки поплыли над головами,

Вкрадчивые, как смерть...

 

И будто древних богов ропот,

И будто дальний набат,

И будто все великаны Европы

Шевельнулись в своих гробах.

 

И звуки начали души нежить.

И зов любви нарастал.

И небыль, нечисть, ненависть, нежить

Бежали, как от креста.

 

Бах сочинил - я растревожил

Свинцовых труб ураган.

То, что я нажил, - Гений прожил.

Но нас уравнял Орган!

 

Я видел: галерка бежала к сцене,

Где я в токкатном бреду.

 

 И видел я: иностранный священник

 Плакал в первом ряду.

 

О, как боялся я не свалиться,

Огромный свой рост кляня.

 

            Em6

О, как хотелось мне

            Hm

С ними слиться!

            Em6

С теми, кто, вздев

            Hm

Потрясённые лица,

            C#7

Снизу вверх

F#7      Hm   F#7 Hm

Глядел на меня!

28 марта 1923 года на окраине Москвы, в семье Анчаровых — инженера электролампового завода и преподавателя немецкого языка, родился первенец — Михаил. Отец мальчика был участником Гражданской войны, в двадцатых годах он работал на сооружении Шуховской башни в Москве. Мама окончила медицинский факультет  знаменитого университета в Тарту. Михаил рос обычным советским мальчишкой: ходил в детский сад, играл в футбол, учился в 425-й школе на улице Большой Семёновской. Он явно демонстрировал гуманитарные наклонности: очень любил литературу, а вот математика и физика наводили на него ужас. Читал он так много, что у него даже одно время было воспаление глаз. Мама настояла на том, чтобы ребёнок был записан в музыкальную школу, у него были несомненные способности, но неусидчивость мешала систематическим занятиям. А уже с 14 лет он начал писать песни. Сначала мальчик использует чужие стихи, в частности А. Грина. Вот эта первая песня по стихам Александра Грина с музыкой Михаила Анчарова.

     Hm              F#7

Не шуми, океан, не пугай -

        Hm             F#7

Нас земля испугала давно.

           Hm            Em6

В тёплый край, в южный край

       F#7           Hm

Приплывем мы всё равно.

 

               Hm                 Em6       F#7

   С детства шхуна и клипер, и стройный фрегат

                        Hm

   На волне колыхали меня.

              Em6                   F#7

   Я родня океану: он старший мой брат,

                         Hm

   И игрушки мои - русленя!

 

Южный Крест нам сияет вдали.

С первым ветром проснётся компас.

Бог, храня корабли,

Да помилует нас!

 

   С детства шхуна и клипер, и стройный фрегат

   На волне колыхали меня.

   Я родня океану: он старший мой брат,

   И игрушки мои - русленя!

 

Ты, земля, стала твердью пустой.

Рана в сердце... Седею... Прости!

Это твой след такой.

Ну - прощай и пусти!

 

   С детства шхуна и клипер, и стройный фрегат

   На волне колыхали меня.

   Я родня океану: он старший мой брат,

   И игрушки мои - русленя!

 

Надо пояснить, что «русленя» — это узкая площадка за бортом. Место опасное.

Когда началась война, многие студенты сразу отправились в военкомат с просьбой об отправке их на фронт, не стал исключением и Михаил Анчаров. Биография будущего поэта навсегда была опалена годами войны, куда он ушёл со студенческой скамьи. Он мечтал стать летчиком, но не прошёл медицинскую комиссию и его направили на учебу в Военный институт иностранных языков Красной Армии, где он изучал китайский и японский языки. Михаил окончил институт и был направлен на Дальний Восток, где  принимал участие в боевых действиях в Маньчжурии. В 1947 году он демобилизовался из армии, настало время найти себя в мирной жизни. Талантливый человек, он был и переводчиком, и драматургом, и сценаристом. И всё-таки самым известным видом творчества Анчарова являются песни. Они были чрезвычайно популярны в советское время, но практически потеряли известность теперь.

Хотя некоторые  песни Михаила Анчарова звучат до сих пор. Самыми известными из них являются: «Куранты», «Прощальная дальневосточная», «Кап-кап», «Песенка про психа», «Одуванчики», «Она была во всём права» ... Конечно, теперь их помнят или старые люди, или специалисты в области поэзии и авторской песни. Всего поэт написал около ста песен. Про отношение Окуджавы к Анчарову я уже говорил, но и Владимир Высоцкий считал его своим учителем. Как и песни Анчарова, многие песни Высоцкого считали народными. Например, песня «Стою на полустаночке» сегодня воспринимается как абсолютно народное творчество, хотя автором её текста был Михаил Анчаров.

Как и многие творческие люди, Анчаров жил тяжело. Концерты с исполнением своих песен во многие периоды жизни были основным заработком автора, они помогали ему выживать, так как другой постоянной работы у него практически никогда не было.

А песня «Стою на полустаночке» была написана для многосерийного фильма «День за днём» (1971). И это был первый советский сериал. И автором сценария этого телевизионного фильма-спектакля был Михаил Анчаров! Много можно было бы рассказать о Михаиле Анчарове. Но я рассказал о нём только как о первом авторе песен и основоположнике жанра. В 1989 году фирма «Мелодия» выпустила виниловую грампластинку с песнями Михаила Анчарова «На краю городском, на холодном ветру».

Очень хочу, чтобы вы запомнили имя человека, которого можно считать первым советским бардом, оказавшим огромное влияние на творчество Булата Окуджавы, Владимира Высоцкого, Юрия Визбора. Который не был теоретиком жанра и, тем не менее, интуитивно угадал, определил основные принципы русской, советской бардовской песни.

       Am                          E7

Ох, дым папирос! Ох, дым папирос!

        Am                   E7

Ты старую тайну с собою принёс:

   Am                            Dm6

О домике том, где когда-то я жил,

    E7

О дворике том, где спят гаражи.

          Am

Где спят гаражи.

 

Ты, дым папирос, надо мной не кружи.

Ты старою песенкой не ворожи.

Поэт - это физик, который один

Знает, что сердце - у всех господин.

У всех господин.

 

Не верю, что истина - дальний маяк.

Не верю, что истина - в дальних краях.

Дальний маяк - это ближний маяк,

Но мы его ищем в дальних краях.

В дальних краях.

 

Прислушайся: истина рядом живёт.

Прислушайся: истина рядом поёт.

Рядом живет, рядом поёт

И ждёт всё, когда же откроют её.

Откроют её.

 

Ведь если не истина - кто же тогда

Целует спящих детей иногда?

Ведь если не истина - кто же тогда

Плакать поэтам велит иногда?

Велит иногда?

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи