Поддержи проект Коворкинг верх
Как я стал…гражданином другого государства: «химический» хлеб и американская пенсия
Журналист
Журналист
Геннадий Люкакин

Как и обещали, публикуем продолжение.

1.jpg

В советское время эмиграция считалась предательством. В голодные 90-е — успехом. А сколько сейчас наших соотечественников уезжают за границу? И правда ли, что из-за усиления патриотического давления те, кто воздерживается «любить родину публично», все чаще пакуют чемоданы и покупают билеты на самолет?

Елена, 52 года.


Помню, когда мне было лет 7-8, я выписывала в тетрадку в алфавитном порядке названия американских штатов — для повышения эрудиции. А через несколько лет прочитала «Одноэтажную Америку» Ильфа и Петрова. Но едва ли это можно трактовать как знаки судьбы... Нет, ничего мое будущую эмиграцию в США не предвещало, я даже не думала в эту сторону, поскольку работала в сфере, где основное средство производства — русский язык.

Но вот в 2000-м году, когда мне было 38 лет, одна американская организация приглашала таких специалистов, как я, на оплачиваемую стажировку.  Я им понравилась, а ближе к финалу моего пребывания они пригласили на обед декана из университета штата, и тот предложил мне поступление. Выдающиеся абитуриенты, сказал, могут не сдавать обычные экзамены, но обязательны тесты на знание английского языка и на аналитические способности...

Другими словами, я должна была всего за полгода выучить язык практически с нуля. (То, как нас учили языку в школе, я считаю практически нулем.)  Сильная мотивация творит чудеса. Это был мой единственный шанс в жизни, и я старалась. К счастью, все получилось.  Казалось бы, после успешной сдачи экзаменов надо радоваться, а я пришла в ужас. Потому что все занятия для иностранных студентов - на общих основаниях. А вдруг не справлюсь? Там достаточно получить пару троек, и, прощай, стипендия! А у меня других средств к существованию не было. Поэтому я, если выражаться метафорично, бежала километр, когда просили стометровку.

Был еще один серьезный аргумент в мотивации. Мой ребенок — человек с ограниченными возможностями. Для особенных людей в Америке создана мощная система государственной и благотворительной помощи. Например, когда ребенок учился в школе, у него был даже бесплатный переводчик, не говоря уж о тьюторе. Там бесконечное число развивающих кружков, занятий, другое отношение со стороны чиновников и общества в целом. Достаточно сказать, что здесь, когда я оформляла на сына инвалидность, мне дали понять, что неплохо было бы заплатить 100 тысяч рублей... Шесть лет учебы в университете давно позади. Я профессор, успешный человек. У меня дом, машина, высокооплачиваемая работа.  Но я продолжаю самосовершенствоваться, участвую в профессиональных конкурсах, пишу книги.
  
Если я выйду на пенсию в 62 года, а с этого возраста в Америке можно получать ограниченную пенсию и мужчинам, и женщинам, то выплаты составят меньше тысячи долларов. Это сопоставимо с тем уровнем жизни, который можно вести в России на 15 тысяч рублей. А чтобы получить 3 тысячи, и тогда уже жить в достатке, работать мне придется до 70 лет.  Я делаю дополнительные отчисления в частный пенсионный фонд, и если он прогорит, сгорят все мои деньги, а мне достанется только небольшая пенсия от государства. Я боюсь заболеть и не доработать до 70. Поэтому каждый день прохожу 10 тысяч шагов (на айфоне стоит специальное приложение), не пользуюсь лифтом, трижды в неделю хожу в тренажерный зал и бассейн. Огромный батон, который можно сжать в комок, а он расправится, как резиновый, потому что напичкан химией, стоит всего доллар (примерно 60 рублей — прим. ред.). Но я покупаю органический хлеб в фермерском магазине за 8 долларов (примерно 500 рублей — прим. ред.). Понимая, что жизнь может резко измениться, я вкладываюсь в ремонт трехкомнатной квартиры в Арбеково. Вдруг придется вернуться насовсем?

Пензу я по-прежнему очень люблю. Здесь мне комфортнее всего.  Почему русские так скучают по своей малой Родине, а живут упорно за границей? Нет, это никакая не загадка природы.  Я, например, не хочу вытирать пыль. В Америке я это делаю раз в две недели. А здесь постоянно. Я не понимаю, почему так пахнет в наших подъездах, а лифт —это туалет. Пошла мусор выносить, а мне в ногу впилась железяка, я была не босиком, в спортивной обуви, но ступню рассекло до крови. Обычная дорога для пешеходов. Почему?  Почему продавцы смотрят так, словно я десять лет назад одолжила сто рублей и не отдаю?

Наши люди — как дети, у которых в силу возраста не развита эмоционально-волевая сфера. Они агрессивны, нападают на тебя, думая, что это ты хочешь на них напасть, подозревают подвох в каждом слове.
Вот заменила дверь в квартире. И осталась старая, еще добротная, стальная. Вижу, у соседнего дома сидят на лавочке человек пять, лясы точат. Подхожу — никому дверь не надо? Напряглись. Видимо, решили, что сейчас буду их разводить. Страх! Недоверие! Ничего не надо, уходи, изыди, разве что не перекрестились...

А чего же мне тогда так нравится Пенза? Природа! Ощущение Родины! Да те же люди! Хоть они не готовы к диалогу, но, случись что, я знаю, те пятеро придут мне на помощь. Когда говорят, что Америка — страна возможностей, это, действительно, так. И моя история ровно об этом. Нужно верить в себя, ставить цели и идти к ним, пробивая стены головой. И все получится!

Наталья, 27 лет


Мама меня воспитывала одна, мы жили с бабушкой и дедушкой, но бабушка умерла, когда мне исполнилось 12, а дедушка — 17.  У меня дороже мамы не было никого, и для мамы я была самым главным, самым дорогим и любимым человеком.  В школе мне нравился английский язык, но нас учили так, что разговаривать и понимать его мы не могли. Поэтому я смотрела английские фильмы, вернее, американские, с русскими субтитрами и пыталась изучать язык самостоятельно.

После школы поступила в педагогический.  На четвертом курсе, это был 2010 год, появилась возможность принять участие в международной программе студенческого обмена – когда на летних каникулах ты работаешь в другой стране.  Мама, узнав об этом, посоветовала выбрать Италию, мол, Европу мы еще с трудом, но потянем, а вот Америку — никогда. Но большинство из нашей группы проголосовало за США.  Требовалось заплатить 120 тысяч рублей. Для нашей семьи — целое состояние. Я верила, что сумею заработать в США, и окуплю расходы. Но это — потом. А деньги нужно было найти заранее. 15 тысяч на первоначальный взнос одолжили у родственника. Он нас, как мог, отговаривал. Дочка его друга по аналогичной программе поехала в Америку и не вернулась.

«Ты будешь плакать горючими слезами, когда останешься одна, — кричал мой дядя на маму, — опомнись, глупая!»  Мама, расправив плечи, гордо ответила, что моя дочь, то есть я, никогда в Америке не останется!
…Деньги мы вносили в течение года. Мама пожертвовала отпускными, взяла в банке кредит 50 тысяч рублей на 2 года.

Я устроилась в одну из компаний сотовой связи. К 9.00 ехала в институт на занятия, в 17.00 — начиналась смена. Домой возвращалась в два часа ночи…  Потом мне поставили «тройку» по одному из предметов, и это лишало меня права на досрочную сдачу экзаменов в летнюю сессию, а без них моя поездка накрывалась медным тазом.  Мама обратилась к руководству вуза. Вернулась домой раздраженная, сказала, что пойти нам навстречу отказались, мол, вы должны понимать, что Америка —это награда для лучших. «Ничего себе награда, — кипятилась мамуля, — за наши же деньги».

В качестве компромисса было предложено взять академ.  Мы так и сделали, мол, институт никуда не денется, а поездка в Америку бывает раз в жизни.  И вот 16 мая 2011 года наша группа села в самолет… В американском аэропорту нас никто не встретил, обещанной работы не оказалось. До конца не оправившись от потрясения, мы решили все же остаться в США и найти работу самостоятельно.  Получилось гораздо быстрее, чем мы думали, даже при том, что английским мы владели не слишком хорошо. Устроились в одну из туристических фирм на Ниагарском водопаде, а еще я нашла себе две подработки — горничной в гостинице и разнорабочей на парковке.

А потом случился забавный эпизод. Я стояла на обочине, а мимо на велосипеде проезжал молодой американец. Он загляделся на меня и упал. Мы оба рассмеялись, и он уехал. Оказалось, что этот американец работает менеджером в той же фирме…  В последних числах августа я позвонила маме и сказала, что остаюсь.  Для нее это стало громом среди ясного неба. Она велела не выдумывать ерунды и срочно лететь домой.
Конечно, учеба в институте была последним аргументом в пользу возвращения, но даже это пошло в ход. А главный аргумент, безусловно, — как мама будет без меня? Я и сама это понимала, поэтому поклялась, что прилечу.

Но выполнить обещание не смогла. Так распорядилась судьба, что мужчина моей жизни — американский гражданин, и если мы друг друга потеряем, то будем жалеть об этом до конца своих дней. Я долго набиралась храбрости, чтобы снова позвонить маме. К моему огромному облегчению, она не стала настаивать, только плакала. Сказала, что фотография, которую я ей послала по интернету, убедила ее больше всех слов — у меня на ней такое счастливое лицо! И пусть это будет, если не получится, моей собственной ошибкой. А если она меня заставит, то рано или поздно я ее возненавижу… Мы смогли увидеться только через полтора года, когда я прилетела на несколько дней, чтобы оформить необходимые документы.

У американцев не принято жениться вдруг, они годами живут и даже детей рожают будучи всего лишь помолвленными, но Майкл сделал мне предложение сразу. Был забавный эпизод. Мы должны были подтвердить в миграционной службе, что наш брак не фиктивный. Переживали, что не сумеем произвести должного впечатления на чиновников, а, значит, меня депортируют. И вот нас приглашают в кабинет, протягивают необходимые бумаги и…не задают ни одного вопроса. А мы-то готовились, расспрашивали о привычках друг друга…А потом узнали, что, оказывается, офицеры могут тайно наблюдать, как ведут себя пары в комнате ожидания…

В США я окончила колледж, два года назад стала бакалавром. Учиться в американском университете гораздо увлекательнее, чем в нашем. В Америке ты это делаешь для себя, и никому в голову не придет списывать из Интернета или покупать готовый диплом…  В этом году появился на свет наш с Майклом сын.

Конечно, когда я была в роддоме, мне очень не хватало мамы. И вообще она у меня еще ни разу не была — просила визу, но не дали, побоялись, что захочет остаться. Из 14 человек нашей группы, кто поехал в Америку по обмену, не вернулись, кроме меня, еще двое. Но они остались из-за работы… Я скучаю по мамочке, скучаю по родному городу. Но здесь я нашла свое счастье.

Источник фото: http://dergachev.ru

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи