22° ... 23°, ветер 1 м/с
66.78
73.98
Пенза и авиация: «Племянник Льва Толстого»
Журналист
Журналист
Олег Сиротин

Заключительная часть цикла статей, посвященных историческим событиям, связанным с Пензенским регионом.

Знакомство третье. «Племянник Льва Толстого»


Фото А.А. Кузминского в самолёте

Фото А.А. Кузминского в самолёте

Александр Александрович Кузминский (1881-1930) действительно был родственником великого писателя Л.Н. Толстого — только не его племянником, как иногда заявляли бойкие газетчики, а племянником его жены Софьи Андреевны, вторым сыном её родной сестры Татьяны Андреевны и Александра Михайловича Кузминского, известного судебного деятеля, первоприсутствующего сенатора Первого и Кассационного департаментов. Ко времени приезда в Пензу А.А. Кузминскому исполнился 31 год; совсем недавно он служил чиновником особых поручений при министре финансов, но в 1910 г. под влиянием увиденных полётов «сбился с пути» и стал авиатором.

Обучение лётному делу проходил в одной из авиашкол Луи Блерио во французском городе Этамп, вместе с Александром Васильевым — дипломы пилотов оба получили в один день, в июле 1910 г. Приобретя такой же «Блерио XI», как и у Васильева, и наняв одного из лучших авиамехаников — Леона Лефевра, Кузминский вернулся в Россию, где поспешил принять участие во Всероссийском празднике воздухоплавания, открывшемся 8 (21) сентября 1910 г.

К несчастью, на второй же день праздника «Блерио» Кузминского разбился, и пилот с множественными переломами провёл почти 8 месяцев в больнице. По выздоровлении приобрёл новый аэроплан и отправился на гастроли, по примеру А.А. Васильева (зачастую их маршруты пролегали рядом и даже пересекались). В конце июня (по старому стилю) 1912 г. Александр Кузминский и его механики Лефевр и Иван Хмара прибыли в Пензу.

Газета «Пензенские губернские ведомости» от 1 (14) июля 1912 г. сообщала немало подробностей из жизни и «лётной биографии» пилота: что он является «одним из самых популярных в провинции лётчиков»; что привезённый ими аэроплан «Блерио» типа «traversée la Manche» — «в своём роде исторический», поскольку в 1911 г. Кузминский «одалживал» его Александру Васильеву для перелёта из Петербурга в Москву; что в текущем году он уже летал в Екатеринославе, Полтаве, Кременчуге, Орле, Белеве и Калуге, а в Пензе собирается подняться выше, чем поднимался Васильев, и «непременно показать планирующий спуск».

Также уточнялось, что перед полётом (состоявшимся в тот же день) публика будет допущена к осмотру аппарата, и что самые интересные моменты полёта — подъём и спуск — будут видны только с ипподрома. Тем не менее, вечером 1 июля все крыши соседних с ипподромом строений, деревья и поляна — всё было усеяно «бесплатными» зрителями.

В 5 часов был привезён аэроплан, и началась сборка, производившаяся в тесном окружении стражников и солдат, — чтобы напирающая публика не повредила крылья. В половине восьмого собранный аэроплан откатили на середину ипподрома и поставили против ветра, авиатор «взобрался на своё сиденье», запустил мотор и взлетел.

Дул ветер, слабый у земли и довольно сильный и порывистый наверху (так что было заметно, как «рвёт и качает аппарат»), однако пилот смело направился далеко за ипподром в сторону поляны, повернул обратно, пролетел над самыми трибунами, описал ещё круг в сторону леса, и, верувшись, красиво и мягко спустился напротив трибун. Публика при пролёте над трибунами и спуске встречала авиатора «взрывом аплодисментов».

Приземлившись, Кузминский прямо с пилотского сиденья немного рассказал «о порывистом ветре вверху, сильной воздушной струе над оврагом и снижающем влиянии леса», «в кратких, но ярких чертах» изложил «основные принципы авиации и постепенное развитие аэроплана Блерио», продемонстровал управление аппаратом и охотно ответил на вопросы, не забыв напомнить, что «если на земле мы считаем время минутами и секундами, то в воздухе его надо считать мельчайшими долями их, ибо за каждую секунду авиатор делает ряд движений рулём и может десять раз погибнуть». И полёт, и краткая лекция авиатора произвели на зрителей «отличное впечатление»: Кузминского благодарили и обещали в случае, если он снова посетит Пензу «вместе со своей изящной птицей», встретить его вполне искренним «Добро пожаловать».

Заметка в газете

Однако ни А. Кузминский, ни А. Васильев, ни другие пилоты больше в Пензу не приезжали. Хотя в 1912-1913 гг. оба ещё совершали гастрольные поездки, а Кузминский даже совершил уникальное зарубежное турне с выступлениями в Китае, Камбодже, Индонезии и Персии. Но с каждым годом менялась ситуация в мире, двигавшемся к большой войне. И если в 1908 г. новый роман писателя-фантаста Г. Уэллса «Война в воздухе» воспринимался как оригинальная выдумка, то в 1911 г., открывая первую в России международную воздухоплавательную выставку в Михайловском манеже (Санкт-Петербург), В.И. Ковалевский уже констатировал:

 «…Теперь война есть борьба техники с техникой. Быть могущественным на войне — значит, использовать имеющиеся технические средства, среди которых в настоящее время первое место принадлежит воздухоплаванию». В 1911 г. были созданы первые авиационные подразделения российской армии, которые в 1912 г. были подчинены Главному управлению Генерального штаба; в программу воздушных праздников включались военные дисциплины: связь, разведка, бомбометание. В мае 1913 г. был впервые проведён всероссийский День воздушного флота — не праздник, а однодневный сбор добровольных пожертвований на «новейшее средство военной обороны».

«В настоящее тревожное время, — говорилось в заметке, опубликованной в «Пензенских губернских ведомостях» 6 (19) мая, ровно через два года после полёта Васильева, — каждый должен чувствовать себя гражданином и принять хотя малое участие в создании той новой военной силы, которою обзаводятся все государства Европы». А в 1914 г. подразделения «новой силы» столкнулись в боях над театрами военных действий. А.А. Васильев и А.А. Кузминский отправились добровольцами на Юго-Западный фронт; там, во время первого же разведывательного полёта, аэроплан Васильева был сбит, лётчик попал в плен, и в 1918 г. умер в одном из лагерей для военнопленных.

У А.А. Кузминского военная служба не сложилась, и он вернулся к работе лётчиком-испытателем на авиазаводе Щетинина в Петрограде. После революции эмигрировал во Францию, в 1922 г. вернулся в СССР и работал консультантом в Главвоздухфлоте. В своей книге «Записки русского авиатора», опубликованной в 1925 г., он подводил итог начального периода авиации: «Герои, первые в мире проложившие тропу по воздуху на аппаратах, на которые не сел бы современный лётчик, сделали своё дело. Теперь черёд за молодёжью!..»

Молодые советские лётчики и пензенские авиаклубовцы-планеристы и поднялись в пензенское небо следующими. Но тогда была уже другая техника, и совсем другая эпоха.

При подготовке статьи использовались материалы Государственного архива Пензенской области и открытых Интернет-источников.

Источник фото: flyingmachines.ru,warspot.ru,

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи