20° ... 20°, ветер 1 м/с
62.87
70.79
Экономика «около ноля», или пять сценариев для России
Журналист
Журналист
Владислав Беляков

«Региональный бизнес в поисках ресурсов для роста» — такова тема VI экономического форума, который прошел в Пензе 26 октября. Как отметила организатор мероприятия, директор центра «Максимум» Наталья Антонова, форум — удобная площадка для размышлений, анализа текущих дел в экономике, обмена опытом и поиска ресурсов и партнеров для развития бизнеса.

Яков Миркин

Портал «Пенза-Онлайн» выступил одним из информационных партнеров форума «Бизнес-развитие». Нам показалось, что многие вещи, о которых говорили спикеры мероприятия, будут интересны не только владельцам бизнеса и ведущим менеджерам, но и более широкой аудитории. Поэтому мы решили поделиться некоторыми прозвучавшими тезисами с нашими читателями.

Открыл форум доктор экономических наук, профессор, ведущий эксперт «Столыпинского клуба», председатель комитета по финансовым рынкам и кредитным организациям Торгово-промышленной палаты РФ Яков Миркин. Его лекцию «Пути развития в штормовой экономике» условно можно разделить на две части: текущее состояние дел в российской экономике и сценарии дальнейшего развития ситуации.

1 пиджак на 75 мужчин


Яков Моисеевич начал с сухих цифр Росстата, а также данных разных исследований. По его словам, доля государства в российской экономике в настоящий момент превышает 70% (в банковском секторе — 60%), а большая часть негосударственного бизнеса сосредоточена в руках компаний, в которых всего 1-3 собственника. У нас 12 место в мире по экономике и 60 место по насыщенности деньгами. Причем сверхконцентрация всех денег (более 85%) — в московском регионе. Россия — по-прежнему сырьевое государство: около 50% бюджета страны наполняется исключительно за счет сырьевых ресурсов. Мелкую экономику можно отнести к латиноамериканскому типу, поскольку в силу сверхтяжелой налоговой нагрузки значительная часть бизнеса зарегистрирована в оффшорах, а в основе такого бизнеса находится «человек, вывозящий капитал из страны», а не «человек, его ввозящий».

При этом наша экономика критически зависит от импорта. 90% зависимости — в станкостроении. По 80% — в электронной промышленности, машиностроении и инструменте и т.д. лишь в розничной торговле наша зависимость ниже 50%.

— Согласно данным Росстата, великая экономика России производит в месяц 1 трамвай и 4 троллейбуса, — сказал Яков Миркин. — В год мы производим 1 пиджак на 75 мужчин и 1 платье на 25 женщин. Мы странные люди. Мы видим, что бизнес не развивается, тем временем у нас одна из самых больших налоговых нагрузок в мире. Свыше 70% стран нагружают бизнес налогами в значительно меньшей степени. По идее, нам нужно оставлять в распоряжении компаний суммы на порядок выше тех, что остаются сейчас. Чтобы бизнес мог расти. Все развитые экономические страны через это прошли. Но мы этого не делаем.

Помимо того, что в России хватает чисто внутренних экономических проблем, нас сильно «пнули» с внешней стороны. Против нас сработало падение мировых цен на нефть и другое сырье. Против нас сработало укрепление доллара. В последние два года к этому добавился технологический бойкот России — при нашей-то критической зависимости в технологиях. Плюс бойкот финансовый.

Государство мы любим, но не доверяем ему


— Российская академия наук (РАН) проводила исследование об отношении населения к государству, — продолжил Яков Моисеевич. — Выяснилось, что лишь 10-12% опрошенных граждан готовы жить годами без вмешательства государства в экономику. Остальные уповают и надеются на крупные государственные компании, хотя при этом не верят, что в критический момент государство их спасет. То есть, мы видим, что в целом отношение людей к государственным структурам довольно противоречиво. С одной стороны, нам свойственно как коллективным людям быть любителями государства, любителями крупных структур, к которым мы готовы присоединиться. С другой стороны, мы не верим, что эти крупные структуры нас защитят.

Спикер поведал также о результатах любопытного социологического исследования динамики распространенности желания «перестрелять всех, из-за кого жизнь в стране стала такой, какова она сейчас». Данные в последние годы «скачут» в пределах от 18% до 34%. То, что каждый третий выразил такую готовность, не могут не вызывать тревоги.
В докладе Яков Миркин упомянул и статистические данные по Пензенской области. По его словам, наиболее хороший показатель у нас (здесь и далее — в процентном соотношении к общероссийским цифрам) лишь по количеству населения — в нашем регионе проживает 0,92% населения страны. Иностранные инвестиции в Пензенскую область при этом составляют 0,07%, средства в банках в валюте — 0,1%. И у нас всего лишь один региональный банк. Это, по мнению эксперта, тоже очень плохо.

Если говорить о качестве жизни россиян, исходя из показателей по валовому региональному продукту на душу населения, лучше всех людям живется в Москве. В 2013 году ВРП на душу населения составлял 30 тыс. долларов (как в Испании). В 2015 он уменьшился до 18 тыс. долларов (как в Чехии). В Пензенской области в 2013 году ВРП был 6,2 тыс. долларов. Мы жили примерно, как в Сербии или в Перу. В 2015 году ВРП составил 3,6 тыс. долларов. Качество жизни опустилось до уровня Анголы и Свазиленда.

— Если этот показатель опустится в регионе до уровня 2,8 тыс. долларов, то это будет полный крах региональной экономики, — сказал Яков Миркин. — Появятся политические и социальные риски, вернуть стабильность будет очень сложно.

Вероятные сценарии развития событий



Если говорить о краткосрочном прогнозе на ближайшие год-два, Яков Миркин предрекает российской экономике состояние «около ноля». То есть ни вверх, ни вниз. Это при условии сохранения стабильных цен на нефть и тех же объемов ее добычи и экспорта. Но гораздо важнее для нас так называемые «длинные» прогнозы. Эксперт видит пять сценариев развития событий, у каждого из них — свой процент вероятности.

Вариант первый. «Цунами». Вероятность — 10-15%. Экономика закрытого типа. Рост присутствия государства в экономике до 90%. Бум военных расходов и мегапроектов. Технологическое отставание от развитых стран увеличивается до 30 лет. Практически это технологический тупик. Опустошение полок в магазинах, непрерывно работающий печатный станок, закрытие банков, замораживание цен, снижение реальных доходов населения. При этом сценарии Россия, по мнению эксперта, превратится в «большой Иран».

Вариант второй. «Замороженная экономика». 45-50% вероятности. Полузакрытая стагнационная экономика латиноамериканского образца с устаревающими технологиями, где все крупные хозяйственные процессы заморожены, а соседние страны постепенно сокращают зависимость от России как основного поставщика сырья. Иностранные инвестиции сокращаются на нет. Ежегодная инфляция превышает 10%. По мнению эксперта, мы уже практически подошли к этому сценарию.

Вариант третий. «Управляемый холод».
Вероятность — 30−35%. Характеризуется приходом к экономической власти «молодых маршалов», эффективных менеджеров, патриотов. Но это будет не более чем «модернизация паровоза». Все будет стабильно работать, красиво и начищено до блеска, но все равно останется паровозом…
Яков Миркин привел в пример губернатора в Калининграде и вновь назначенного мэра Севастополя.

— Это признаки создаваемой молодой команды другого поколения, движения именно в этом направлении, — сказал эксперт.

Вариант четвертый. «Экономика роста». Вероятность — 3-5%. Характеризуется замораживанием всех конфликтов в международной политике, созданием в экономике легкой бизнес-среды. Вся деятельность государства подчинена развитию. Доступность кредитов под низкий процент, умеренно слабый рубль, сильные налоговые стимулы под модернизацию, рыночная среда, доступность использования государственного имущества. Говоря иначе — все для роста. У государства в экономике остается 20-30%. Полная перезагрузка отношений с ЕС и США.

— Через это прошли Япония и Сингапур, Южная Корея, Малайзия, сейчас похожие стремления мы видим в Индии, — добавил Яков Моисеевич.

Вариант пятый. «Разлом». 0,5% вероятности. Этот сценарий может произойти при внешних шоках. И если ВВП на душу населения упадет до 4,5 тыс. долларов. Так было в 1998 году в Индонезии, в 2000 году в Аргентине и в 2013-2014 гг. на Украине.

— Перед нами очень крупные вызовы, все сценарии неоднозначны, — сказал Яков Миркин, подводя итог своей лекции. — Впереди — новые периоды неопределенности, отвечать на которые нужно уже сегодня. В экономике региона, России, в личной экономике.

Чуть позже, во время паузы в работе форума «Бизнес-развитие» Яков Моисеевич ответил на вопросы журналистов. В частности, он сказал, что, по его мнению, лишь реализация элементов четвертого варианта («Экономика роста») дает России шанс на создание своего образа будущего.

— В любом случае, чтобы адекватно ответить на усиливающееся внешнее давление, Россия обязана уйти от неудачной экономической модели последних 25 лет, базирующейся на постоянном дележе ресурсов и полномочий, к экономике стимулирования развития и роста — только тогда у нашей страны будет будущее, — сказал Яков Миркин. — После введения продуктового эмбарго мы опробовали элементы данного сценария на аграрном секторе. Искусственно создали там условия для роста. И увидели положительные результаты. Весьма и весьма неплохие. Мы в этом году стали вторыми в мире по экспорту пшеницы. Аграрный сектор показал — если создать нормальный режим, расти можно! А если можно навести порядок в отдельно взятом секторе, значит, можно и в других. Можно попробовать начать с отдельно взятого региона, чтобы затем распространить пилотный проект на всю страну.

Фото автора

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи