15° ... 15°, ветер 0 м/с
62.91
71.6
«Заря автомобилизма» над Пензой: продолжение
Журналист
Журналист
Как видим, в то время автомобиль отнюдь не был тем полновластным хозяином дорог, каким является сейчас. Более того, на дороги и городские улицы он рисковал выезжать только в сухую и тёплую погоду.

Реклама автомобилей «Alldays & Onions» (1908 г.)
Реклама автомобилей «Alldays & Onions» (1908 г.)

Зимой, когда всё заносило снегом, равно как и весной и осенью, в период непролазной грязи, владельцы автомобилей не рисковали даже выкатить из гаража дорогостоящую машину, зная, чем это может закончиться. Всего один пример: 23 августа (5 сентября) 1914 года, когда в Пензе проводился осмотр «самодвижущихся экипажей» со всей губернии (шла война, и исправные автомобили и мотоциклы подлежали сдаче в армейские части по военно-автомобильной повинности), из Нижнего Ломова прибыл в губернский центр автомобиль, принадлежавший спичечному фабриканту Фёдору Степановичу Камендровскому (1864-1936).

Ф.С. Камендровский
Ф.С. Камендровский


Однако до места осмотра машина не добралась — застряла в грязи на улице Конной (ныне Луначарского), да так, что сломались одновременно задняя ось и задний рессорный кулак. Обследовать автомобиль пришлось на той же самой улице, в доме городского техника П.А. Любимова, входившего в состав приёмной военно-автомобильной комиссии. Результат оказался неутешительным — полная негодность.

Всего лишь за месяц до этого события, в конце июля 1914 года, данный самодвижущийся экипаж уже осматривали эксперты, поскольку он находился в Пензе и ремонтировался в доме Рапопорта на Московской улице. Тогда состояние автомобиля было ещё хуже: «весь корпус и машина сильно разбиты», рулевое управление испорчено, трещины в рубашке цилиндров и изношенные поршневые кольца. Где были получены все эти повреждения — говорить излишне.

Кстати, автомобилю Ф.С. Камендровского ещё повезло — он, в отличие от машин отдельных пензенских автовладельцев «начального» периода (1907-1911 гг.), не только «дотянул» до 1914 года, но и удостоился довольно подробного описания. О других автомобилях, появившихся в Пензе до 1911 года, сохранились разве что упоминания в газетной хронике происшествий, где изредка указывались имена владельцев, но марка автомобиля, тип кузова или хоть минимум технических данных — никогда. Поэтому пёстрая мозаика сведений о дальнейшем развитии автомобилизма в Пензе выглядит примерно следующим образом.

В происшествии с легковым извозчиком №174, упомянутом ранее, бесспорно участвовал Oldsmobile Curved Dash, принадлежавший К.К. и Л.Н. Цеге, — других автомобилей в то время в Пензе ещё не было. Однако в следующем, 1908 году, количество четырёхколёсных самодвижущихся экипажей в Пензе явно увеличилось. «За последнее время в нашем городе появились автомобили, владельцы коих со страшной быстротой разъезжают по улицам, — сообщали «Пензенские губернские ведомости» 24 августа (6 сентября) 1908 года. — Следовало бы гг. автомобилистам, во избежание несчастий, избегать такой бешеной езды, — в особенности на базаре, где народу всегда бывает очень много».

Речь шла о некоем «цирковом» автомобиле, который на Московской улице, возле базара, едва не налетел на извозчика-ломовика: лошадь, разумеется, испугалась, бросилась в сторону, и извозчик попал под телегу, отделавшись лёгкими ушибами и испугом. Автомобиль, названный цирковым, мог принадлежать кому-то из администрации или артистов цирка Альберта Сура, располагавшегося близ Пушкинского сквера, или же прибывшему из Саратова передвижному кинематографическому предприятию The Royal Vio, которое обосновалось в том же цирке и имело много различной техники.

Больше упоминаний о нём не встречается. Летом 1909 года список местных автомобилей заметно пополнился: появились упоминания о некоей «чёртовой колеснице», или автомобиле с улицы Пушкарской (ныне Замойского), имевшем обыкновение «чуть не каждый вечер» в начале июля совершать «променаж» по улице Садовой по направлению к Казённому саду (сейчас — парковая зона в районе Олимпийской аллеи) и обратно. Мотор у автомобиля явно был не в лучшем состоянии: машина трещала, ухала, ежеминутно останавливалась и дымила на всю улицу «не хуже пятнадцатисильного двигателя системы «Аванс» (работавшего на нефти). Многочисленные зеваки сходили с тротуара на мостовую и смотрели на автомобиль, «разиня рот».

Тогда же, 13(26) июля 1909 года, ещё один, «громадный» автомобиль, в котором сидели «трое господ», довольно тихо проезжал по нижней части Московской улицы. Тем не менее, какая-то крестьянская лошадь с испугу бросилась в сторону, и сидевшая в телеге баба «вылетела на мостовую», едва не под колёса машины. А 20 августа (2 сентября) 1909 года произошёл первый в истории Пензы наезд автомобиля на человека: в 5 часов вечера пензенский мещанин Юлий Юльевич Старжецкий, проезжавший на автомобиле по Московской улице, наткнулся на углу улицы Нагорной (сейчас Кураева) на переходившего через дорогу крестьянина села Мастиновки Пензенского уезда, 55-летнего Филиппа Васильевича Репкина, и сшиб его с ног, «причинив ушибы правой ноги и правой руки». Пострадавшего пришлось отправить в больницу. Как сообщалось, Старжецкий подавал идущему сигналы, но тот его не слышал — «вероятно, ввиду сильного ветра».

Упомянутые автомобили, к сожалению, не поддаются идентификации. Описания «чёртовой колесницы» с Пушкарской улицы», как и автомобиля Старжецкого, не содержат деталей, и можно только предположить, что это разные машины, поскольку Старжецкий проживал на улице Старо-Кузнечной (теперь Суворова). Более конкретно описание «громадного» автомобиля с «господами» — возможно, того же самого, что упоминался в хронике происшествий в следующем году. 3(16) апреля 1910 года на Московской улице возле магазина Вярьвильских автомобиль, в котором ехали «владелец его А.В. Андронов с тремя своими знакомыми», пытался обогнать легкового извозчика Романа Григорьевича Сергеева, 50-летнего крестьянина деревни Таганки Пензенского уезда, вёзшего двух пассажиров; лошадь, испугавшись свистка, понесла, пролётка опрокинулась, пассажиры и извозчик были выброшены на мостовую, и снова сильнее всех пострадал извозчик, попавший в больницу.

Указанный владелец автомобиля Александр Васильевич Андронов (1872-1924) был состоятельным местным фабрикантом, «винозаводчиком» — семье Андроновых принадлежали винокуренные заводы в сёлах Черкасское Керенского уезда, Языкова Пятина Инсарского уезда и Павловское Городищенского уезда, а в 1907 году А.В. Андронов купил в Пензе пивоваренный завод (принадлежавший ранее Р.О. Биейко), усовершенствовал производство и начал широкую торговлю пивом не только в Пензе и уездах губернии, но и через собственные фирменные лавки в губерниях Саратовской и Тамбовской. Также его завод выпускал различные безалкогольные напитки — воды фруктовые, сельтерскую и содовую, лимонад и ситро.

Уровень доходов, несомненно, позволял А.В. Андронову приобрести многоместный роскошный автомобиль, но какой именно — этого, к сожалению, узнать нельзя. В 1914 году, когда проводилась всеобщая опись автомобилей в губернии, данная машина находилась в имении брата А.В. Андронова, Филиппа Васильевича Андронова, в селе Черкасское Керенского уезда. Оттуда она была доставлена в Пензу и после осмотра признана негодной, но ни в одном документе нет ни названия фирмы-изготовителя, ни указания типа кузова, ни заводского номера. Просто — «автомобиль в 16 сил».

В документах 1914 года упоминаются ещё несколько автомобилей разных фирм, несомненно, произведённых до 1910 г. и купленных их тогдашними владельцами в подержанном виде, но когда именно они попали в Пензу или в уездные города губернии — опять же неизвестно. Одним из исключений является принадлежавший Ф.С. Камендровскому пятиместный легковой автомобиль фирмы «Alldays» (точнее — «Alldays & Onions») из города Бирмингем (Англия).

В 1900-х годах внешний облик автомобилей уже значительно изменился: двухместные маломощные спортивно-прогулочные модели вытеснялись многоместными «семейными» и бизнес-автомобилями вполне современного облика, способными выдержать значительную нагрузку. При этом наиболее распространённые типы автомобильных кузовов по-прежнему воспроизводили модели конных экипажей, чаще всего — открытого типа, со съёмным кожаным верхом. Именно такой кузов типа «дубль-фаэтон» (возможно — типа «торпедо») был у автомобиля Камендровского; машина под заводским номером 2338 имела 4-цилиндровый мотор мощностью в 14 (или 16) л.с., и могла развивать скорость до 80 км/ч.

Логотип фирмы «Alldays & Onions»
Логотип фирмы «Alldays & Onions»


Автомобили, соответствующие описанию, выпускались фирмой «Alldays & Onions» в 1906-1912 годах (по одним данным, Ф.С. Камендровский приобрёл свой автомобиль в 1908 году, по другим — в 1912 году, незадолго до войны) и стоили от 320 до 360 фунтов стерлингов (примерно 3-3,5 тысячи рублей). Состояние и положение позволяли нижнеломовскому фабриканту подобные траты: благодаря спичечной фабрике, унаследованной от отца в 1890-х гг., он был одним из богатейших людей города, избирался гласным городской думы и городским головой, председательствовал в синдикате российских спичечных фабрикантов.

В 1917 году Ф.С. Камендровский вместе с семьёй покинул Пензу, в 1920 году эмигрировал и окончил свои дни в Париже, где и похоронен на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа. Принадлежавший ему автомобиль, конечно, «ушёл из жизни» ещё раньше: судя по состоянию, ремонту он уже не подлежал, а коллекционеры старых автомашин (благодаря которым и сохранились до наших дней немногочисленные экземпляры тех же «Alldays & Onions») ещё не появились в таком количестве и не работали так активно, как сейчас.

(Продолжение следует).

Подготовлено при содействии Государственного архива Пензенской области.

Источник фото: http://www.gracesguide.co.uk, https://upload.wikimedia.org, http://kraeved.dyub.org/

Комментарии: {{ appData.total }}

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь и оставьте комментарий первым! Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии!
  • {{ item.user.title }}

    {{ item.comment }}

Похожие статьи