Расскажем о бизнесе Вакансия программиста
О ковиде, политике влегкую и нестандартных подходах к туризму
Олег Звонов
Олег Звонов

Мы публикуем серию заметок по материалам встречи врио губернатора Олега Мельниченко с журналистами. Яркие цитаты врио главы региона с этого мероприятия вы уже читали в нашем телеграм- канале. Здесь же мы попробуем более развернуто поговорить об этом, безусловно, знаковом и беспрецедентном событии для региона.

Многие, возможно, мне скажут, что подобные встречи проводил Бочкарев — не соглашусь. По форме — да, но по содержанию, уровню открытости и конструктивности — такое, пожалуй, свершилось впервые. И это был скорее разговор, а не монолог и бенефис, как бывало в случае с Бочкаревым. Наш портал, случалось, критиковал  Мельниченко, мы и дальше будем это делать, и, думаю, поводы будут, но лично у меня сейчас есть мнение, что Олег Мельниченко — это шанс для региона. Возможно я неисправимый оптимист, но в моей жизни библейская догма — «сначала было слово» — всегда подтверждается. Как человек мыслит и говорит — такие и результаты его дел.

Итак, начнем с интересных вопросов главного пензенского оппозиционного политика, активиста и журналиста, координатора движения «Левый фронт» в ПФО Сергея Падалкина:

«У меня два вопроса. Один не политический, один политический. Начну с темы туризма. Вы назвали Пензу черной дырой. Когда мы говорим про Пензенскую область, на ум приходят Тарханы, Лермонтов, может быть, полуразвалившийся музей Белинского. С таким подходом мы людей не привлечем. Сегодня одним из самых популярных туристических направлений являются экскурсии в Припять.

Так вот в Пензе уничтожали химоружие, есть Мертвое озеро, было бы интересно развивать эту историю, привлекать туда сталкеров. Сегодня это очень популярно во всем мире. Это могло бы стать интересным направлением для молодежи. У нас много таких заброшенных мест.

В Колышлейском районе есть заброшенная войсковая часть. В Башмаковском районе — вымершая деревня. Валерий Кузьмич Лидин может много рассказать об этом. В этом вопросе нужно подумать, как можно привлечь людей сюда.

Второе. У нас уже год действует режим повышенной готовности, в связи с которым запрещено проведение массовых мероприятий. У нас один деятель в Матросской тишине сидит, он перед губернаторскими выборами собирал людей на Фонтанной площади, на набережной по 20-30 тысяч человек. Это можно было проводить, и это не считалось массовым мероприятием. Когда чиновнику от партии власти нужно провести какие-то митинги, препядствий нет.

Оппозиции это почему-то запрещено, и людей за это сажают, назначают обязательные работы, штрафуют. И это я сейчас говорю не про сторонников «берлинского пациента». Я говорю о коммунистах. Многих за призывы отправили за арест. Выборы должны проходить в честной конкурентной борьбе.

Нужно делать послабления. Запрещение утренников детских садах, зачем это?».

Это были первые вопросы, заданные Олегу Мельниченко на встрече, и, думаю, многие журналисты, в том числе и я, ждали какого-то дежурного словоблудия — когда на подобные вопросы отвечал Белозерцев, у меня складывалось ощущение, что он сам не понимает что говорит — ему просто было важно сказать много слов. Ответы врио губернатора мне понравились — они были максимально (учитывая, что может сказать Мельниченко, а на что должен оглядываться) конкретными и содержательными.

«Сергей Сергеевич, что касается экстремального туризма, наверно, можно развивать. Не возражаю, можно устраивать квесты, деревни разрабатывать. Давайте посмотрим, кто это будет делать, потому что все-таки должны появиться общественники, которые хотят этим заниматься, либо общественные организации, структуры, которые будут возникать. Мы готовы содействовать, чтобы это направление развивалось.

Что касается Мертвого озера. Объект находится в программе восстановления, как  природного объекта. К сожалению, это пока федеральная программа. Там еще есть накопленный экологический ущерб, и пускать туда людей, чтобы они свободно залезали в воду, я бы не решился — мы не знаем, насколько это безопасно.

В будущем, когда накопленный экологический ущерб будет устранен, объект можно использовать для неформального экстремального туризма».

Тут хочется согласиться с Сергеем Падалкиным и сказать — если на Мертвом озере «поработают» федералы и освоят там свои немалые бюджеты, тогда, скорее всего, никакого экстремального туризма там уже не будет. Однако Олег Мельниченко прав в главном — такими вопросами должен заниматься бизнес, и здесь нужны конкретные предложения и проекты.

«Что касается второго вопроса, то мне за своего предшественника объясняться не очень удобно. Режим повышенной готовности, он не только по Пензенской области, он введен по всей стране. Если сейчас проанализировать смертность, которая фиксируется в лечебных учреждениях, то она достаточно высокая.

После проведенных массовых мероприятий мы получаем резкий всплеск заболеваемости — мы его получили, это надо признать.

Я подписал продление режима до 31 мая. 9 мая не будет никаких массовых мероприятий, кроме усеченного возложения цветов, где будет узкий круг руководителей, больше никаких массовых мероприятий не будет (ни от партии власти, ни от оппозиции).

Что касается утренников и выпускных в детских садах, то я переговорил со специалистами из Роспотребнадзора, и пришел к выводу, что надо пойти на определенные послабления, но с обязательным условием соблюдений правил санитарной безопасности. Так что утренники пройдут с родителями».

К теме туризма еще несколько раз возвращался Александр Тузов (издание Пенза-Пост). Начал он с туризма патриотического. И это правильно, когда в стране галопом скачут цены на продукты и лекарства, у чиновников-коррупционеров находят немыслимые миллионы нала, и их недоросли и престарелые родители проявляют чудеса экономической смекалки и оказываются владельцами бизнесов с миллиардными оборотами, про дворцы и яхты путинского олигархата умолчим — пропаганда патриотизма, безусловно, штука очень полезная, когда большинство народа в стране еле сводит концы с концами.

В этом хоть и циничный, но всегда конкретный Александр Тузов, безусловно, прав.

«Я хотел бы сказать про туризм более глобальный, который нуждается в господдержке. Туризм, который во  многом, на мой взгляд, формализован за последние годы. Он очень красиво выписан в фолиантах профильным министерством, как я полагаю. Но туризма как процесса в нашей губернии мало кто видит.

Почему не обеспечить чартерные рейсы на места памяти Сталинградской битвы в разумном количестве. Мы посетили Хатынь, Ржев. А что мешает собирать в гимназиях деньги не на какие-то странные туристические поездки, организованные московскими и питерскими фирмами-посредниками, а на уровне губернского кластера организовать поездки на автобусе? Мы с Воронковым это обсуждали. Хотелось, чтобы школьники увидели места, которые доступные по цене, и там бы молодое поколение смогло бы узнать очень интересные вещи.

 А пока у нас какие-то астрономические проекты, которые в результате оказываются пшиком».

Тему патриотического туризма Олег Мельниченко не мог не поддержать. По крайней мере, на словах.

«Я думаю, что это одно из направлений, которое должно быть в программе развития региона. Вполне здравое предложение».   

Также на встрече Мельниченко поднял важную и очень нужную пензенцам  тему развития рекреационной зоны вокруг Сурского водохранилища. Концепция у него правильная — нужно привлекать бизнес к созданию цивилизованных зон отдыха на жемчужине региона. «Если посмотреть водохранилище со стороны Заречного и Золотаревки, мы увидим страшно замусоренный берег». Тут надо опять отдать должное Александру Тузову, он эту тему давно пытается доносить до руководства региона.

Следующий наш материал будет посвящен инвестиционному климату в регионе.

Источник фото: https://penza-post.ru/

Похожие статьи