image image image image image
«80 процентов зрителей — идиоты!»
Пенза Онлайн
Пенза Онлайн

14 ноября известный телеведущий Дмитрий Дибров справил свое 62-летие. А заодно пообщался с журналисткой из «Экспресс-газеты» Элеонорой Флеровой. Знакомим вас с вольным пересказом этого «глубокого» интервью от нашего постоянного автора Сергея Беседина.  

— Здравствуйте, Дмитрий Александрович! Вас беспокоит «Экспресс-газета». Я специальный корреспондент Элеонора Флёрова, и мы решили взять у вас интервью в преддверии вашего 62-летия. Правда ли, что вы попали на телевидение ещё с пелёнок?

— С каких пелёнок, Элечка? Раньше! Ещё в материнской утробе я уже думал о том, что буду лучшим телеведущим страны. И первое мое слово было не «папа» или «мама», а «настроечная таблица». Кстати, его я сказал в три месяца.

— Потрясающе! Вы уже тогда были настолько умны?

— Почему только тогда? Я и сейчас первый интеллектуал Москвы. Ум — мое самое сильное место. Я часто думаю: как жаль, что нельзя раздвоиться и дружить с самим собой. А то где взять столь блестящего собеседника? Но, увы, Дибров в России только один. Есть у меня друзья, которые тянутся к моему уровню — господин Лндркдич Якубович, господин Кнстнльввич Эрнст, господин Ивндреич Ургант, но дружу я с ними больше из сострадания. Ты, Элечка, Ницше знаешь? Который написал книгу «Почему я так умён»? Так вот, он рядом со мной невежда, даун и грязь из-под ногтей.

— То есть у вас что — и недостатков нет?

— Ну смотри сама. Я страшно талантлив. Жутко популярен. Невыносимо мудр. Отталкивающе богат. Единственный недостаток, пожалуй, вот эта вот пузень.

— Простите, что?

— Пузяка. Сало вот это, которое висит. Впрочем, смотря как на него поглядеть. Я часто утешаю себя тем, что это не живот, а комок нервов. А может, так задумано природой - сюда я откладываю запасы на чёрный день, как верблюд в свои горбы. Хотя у Диброва не может быть чёрных дней, хе-хе… (Долго и натужно смеётся). На самом деле это ничему не мешает. В свои шестьдесят два я неутомимый сексуальный жеребец, который имеет свою молодую жену Полину во всех позах. Давай покажу, в каких? Вот подойди поближе и повернись задом…

— Дмитрий Александрович, боюсь, что это слишком даже для «Экспресс-газеты». Лучше вернёмся к вашим заработкам. Нищебродам, читающим наше издание, всегда любопытно узнать о гонорарах звёзд. Вот сколько вы получаете на Первом канале?

— Элеонорочка, не так уж много. Пятьдесят тысяч долларов в месяц, приходится подрабатывать на корпоративах. Ведь содержание молодой жены требует немалых средств. Повторюсь, у меня жена Полина, которая на тридцать лет меня моложе. И каждое утро я имею ее во всех…

— Извините, Дмитрий Александрович, но мы это уже слышали. Кстати, а это она подобрала вам такой великолепный, яркий гардероб? Жёлтые очки, зелёный галстук, пиджак цвета раздавленного попугая?

— Ну а кто же ещё! Я совершенно забыл упомянуть, что я ещё икона стиля. Стоит Диброву надеть лиловый фуляр — и на следующий день вся, вся Москва в лиловых фулярах. Стоит выстричь три полоски на виске — и все с этими полосками! Даже смешно, ей-богу. Своё бы что придумали. Помните, как у Кортасара  — я пахну лучше, чем целый литр одеколона «Жан Мари Фарина» и вообще я целиком сверхзвуковой и космический.

— Вы ведёте такую интеллигентную передачу. Но понимают ли ее зрители?

— Да черт их знает, этих зрителей. Я абсолютно убежден, что 80 процентов из них — идиоты. Они даже фамилию мою запомнить не способны.

— Прямо-таки 80 процентов?

— Да. Остальные двадцать — кретины. Даже мое начальство — долбодятлы. А кто бы ещё платил косноязычному пенсионеру из Ростова такую зарплату? Знаете, как нелегко возвышаться одиноким айсбергом в этом море человеческой глупости? Одна только Полина меня и радует. Ведь она на тридцать лет моложе меня, а по утрам я часами в самых невероятных позах…

— Дмитрий Александрович, кажется, мы пошли по третьему кругу. Расскажите о вашем скромном семейном гнездышке.

— Вы правы. Я строил его по принципу — бедненько, но чистенько. Никаких излишеств, кроме джакузи для сеттера, генератора хорошей погоды, мраморных кастрюль на кухне и двадцати филиппинок, рандомно раскиданных по всему дому.

— Пардон, на что вам двадцать филиппинок?

— Это прислуга, Элеонорочка. Челядь. Вы же наверняка слыхали, что я начал процесс оформления графского титула. Буду граф фон Диброфф-Лихтенштейн-Таганрогский. Вчера вот нарисовал эскиз фамильного герба. Взгляните.

— Что это?

— Козел с эрекцией. Демонстрирует мою настойчивость и мужскую силу. Правда, красиво?

— Ну, такое.

— Вы ничего не понимаете. Герб будет висеть прямо на воротах нашего поместья VILLA PAULINA. Чтобы смерды издалека видели, кто здесь живет. Впрочем, о чем это я. Смерды по нашему шоссе не ездят.

— Вилла павлина? Прекрасная аналогия! Ведь вы такой же нарядный, эффектный и знающий себе цену…

— Это в честь моей жены Полины, Элеонорочка. Которую я каждое утро часами…

— Кхе-кхе. Я поняла все ещё после второго раза. Соседи по посёлку вам, наверное, завидуют…

— Само собой. И старым похотливым бабуином называют за глаза, и мерзким жлобом, и душнилой с приступами логореи - в общем, лгут и клевещут как могут. Неприятно, знаете, когда ни слова правды.

— Может, вам съехать подальше от них? Куда-то к морю, в Европу.

— Куда, Элечка? Греция — дыра. Хорватия  — помойка. Италия — медвежий угол. Португалия — срань господня. Остаётся Лазурный берег, но там дороговато.

— Может, Испания?

— Испания? Эта жопа мира? Чтобы мои? Дети? Жили в жопе? Все, Элеонора, интервью закончено. Вы меня взбесили. И отдайте мне эскиз герба.

— Да, я тоже хотела предложить закончить. Мы с вами говорим полчаса, а голова уже разболелась так, будто три недели…

Источник фото: ​http://ddibrov.com/

Похожие статьи