Войти
/
Регистрация
вход для пользователей

Я— доброволец. В Пензе появилась бесплатная служба психологической помощи онкобольным

15 Апреля 2018
    Я - доброволец
Онкологический диагноз в подавляющем большинстве случаев воспринимается человеком, как приговор. Заболевший испытывает шок, ужас, может впасть в депрессию или «уйти в себя», отрицать болезнь или стать ее заложником. Мало кому из заболевших удается реагировать на подобную информацию разумно и взвешенно.

5.jpg

Помочь таким людям, а также их родным и близким призвана недавно созданная бесплатная Служба психологической помощи «Я живу дальше», которая помимо консультирования онкобольных, работает и в паллиативной сфере.

О проекте рассказывает директор ПРОО «Круг доверия» Наталья Маньченкова.

— Когда был задуман этот проект, кому адресована помощь ваших специалистов?

— Проект был задуман больше года назад, когда открылась общественная организация «Круг доверия». Изначально его не удавалось реализовать, потому что не было денег на повышение квалификации, но благодаря субсидии Правительства Пензенской области в этом году нам удалось обучить пятерых психологов по специальности «Клиническая психология в онкологии», и проект начался.

— Почему решили что пора организовать такую службу в нашем городе?

— Толчком к созданию были как личные истории, так и осознание потребности нашего города, потому что в Пензе есть Областной онкологический диспансер. Не в каждом городе имеется такое учреждение. Я проштудировала интернет и обнаружила, что практически во всех городах, где есть подобные медицинские учреждения, существуют службы психологической помощи.

Недавно мы начали взаимодействие с Министерством здравоохранения Пензенской области, где очень хорошо откликнулись на нашу инициативу. И онкологический диспансер откликнулся — мы рассказали о нашем проекте заведующим отделения диспансера.

Я считаю, что консультации психолога нужны не только людям, чей диагноз уже давно известен, тем, кто борется с болезнью. Стоит обращать внимание и на тех людей, которые впервые отправлены на обследование или консультацию, — это уже стресс. Не надо дожидаться момента, когда пациент впадает в депрессию или постоянно плачет и не может сохранять душевное равновесие — подобные консультации психолога нужна любому пациенту, попадающему в онкодиспансер.

Сейчас у нас в службе появилось и новое направление: взаимодействие с Госпиталем ветеранов всех войн, в котором есть два паллиативных отделения. Там находятся не только онкологические больные, но и люди с другими тяжелыми диагнозами, и на данный момент есть большая потребность в организации волонтерской службы.

Кто может стать волонтером в паллиативном отделении? Это должны быть добрые неравнодушные люди, которые придут, выслушают, поддержат, почитают книгу, сводят на какие-то процедуры, помогут выйти погулять или организовать какие-то мероприятия, которые помогут разнообразить пребывание людей в этом отделении.

Мы сейчас активно ищем таких волонтеров, пока откликнулось только три человека, но надеемся, что их будет больше.

— При получении неутешительного диагноза, что важно объяснить человеку в первую очередь с психологической точки зрения? Что важно в этом первичном контакте?

— Самое важное — быть с ним вместе, чтобы он не остался в одиночестве, потому что есть понятие «туннельного сознания», которое часто посещает людей, находящихся в остром стрессе. Человек видит только одно и не видит каких-то альтернатив и способов выхода из этих состояний. Онкология вообще собирает около себя много страхов, хотя если обратиться к статистике, на первом месте по смертности, к примеру, стоят все-таки заболевания сердечно-сосудистой системы.

— Настраиваете ли вы на победу над заболеванием или идете другими путями в зависимости от медицинских данных?

— Сколько людей — столько и разных позиций восприятия и подходов психолога по отношению к своим клиентам. В принципе практически во всех случаях можно настраивать на победу.

Но самое важное, чтобы человек пришел в себя, осознал, что с ним происходит, был информирован на 100% о своей болезни и исходя из того, насколько он понимает что с ним происходит, настраиваться на долгий, кропотливый труд, который ведет к выздоровлению, к улучшениям, к ремиссии.

— Человек, который приходит за помощью к онкопсихологу, что он сообщает психологу: свой диагноз, стадию, говорит о самочувствии или что? В свою очередь, психологу важно ли знать эти данные?

—Вообще, это все важно, но каждый сам решает, что ему говорить, а что не говорить, определяет степень доверия к психологу сам. На первых встречах мы говорим о том, что актуально в данный момент для человека, что его именно сейчас волнует. Зачастую людей волнует даже не болезнь, а например, отсутствие поддержки или нарушенные контакты с обществом, с родственниками или что-то подобное. Мы должны добиться того, чтобы в его душе наступил мир.

— Если в медицине важны показатели состояния организма, получается, у психолога даже какие-то другие критерии работы с каждым пациентом — возраст, социальный статус, степень одиночества?

— Да, конечно, еще очень важно насколько человек вообще готов работать с психологом. Пожилым людям сложнее сделать выбор в пользу работы с психологом, они меньше информированы о том, что это за помощь.

Периодически мы сталкиваемся со сложностями с пожилыми людьми из-за того, что многие не знают что рассказывать, а что — нет. Все привыкли говорить с врачами и давать им знать что беспокоит, предоставлять выписки, результаты анализов и других обследований. С психологами нужно общаться совершенно по-другому, а люди пытаются взаимодействовать в том же самом ключе и начинают доставать выписки. А когда ты просто спрашиваешь: «Что с вами происходит, что вас волнует, тревожит?» они сперва не находят что ответить. И уже подумав, начинают рассказывать о том, что плохо спят, что много тревожных мыслей, и в конечном итоге понимают: кабинет психолога — именно то место, где можно говорить о себе, о том, что важно.

Хочу напомнить, что психолог — это не психотерапевт, не стоит бояться, что вам поставят диагноз, психолог работает с актуальным состоянием, с нормой поведения. Конкретный пример: приходили первое время в паллиативное отделение к больным людям поговорить, рассказать, к примеру, о способах мышечной релаксации перед сном, чтобы облегчить им засыпание, а они встречают нас сосредоточенно вытянувшись на кроватях, как во время обхода врачей. Надеюсь, что этот стереотип удастся сломать, и мы сейчас делаем первые шаги в этом направлении, надеюсь, в дальнейшем все будет гораздо легче.

— Важно ли настроить родственников заболевшего на правильное отношение к проблеме?

— Очень важно. Они тоже автоматически оказываются в стрессовом состоянии, им возможно даже труднее, потому что когда ты видишь своего родного человека болеющим, и ты не знаешь чем ему помочь, это накладывает отпечаток. Очень важно поработать с онкопсихологом родителям заболевших детей — это отдельная большая и тяжелая тема.

Близкие больного тоже пребывают в глубоком стрессе, тут важно не мешать выздоравливать (как бы ни странно это прозвучало). Страх от замалчивания, растущее напряжение — где-то и с кем-то нужно об этом говорить. Онкопсихолог — тот специалист, который придет на помощь в таких ситуациях.

312baJYCCwo.jpg

У нашей службы много планов. Одна из главных целей — создание групп психологической взаимопомощи, хочется, чтобы люди делились друг с другом своим опытом и проживания тех или иных ситуаций, и выходом из стрессовых состояний.

Для того, чтобы попасть на бесплатные консультации к психологам службы «Я живу дальше», нужно позвонить по телефону 39-09-12 и записаться на прием. Кроме того, звонков от всех желающих стать волонтерами в паллиативных отделений Госпиталя ветеранов всех войн очень ждут по номеру 30-51-26.

Фото: А. Инюшева




Тэги: Я— доброволец. В Пензе появилась бесплатная служба психологической помощи онкобольным

8
Комментарии (0)
Добавить комментарий